Центральным аргументом работы выступает так называемый «коперниканский принцип сознания». По аналогии с открытиями Николая Коперника, лишившими Землю статуса центра Вселенной, авторы предлагают отказаться от «терроцентризма» в изучении психики. Если во Вселенной существуют тысячи технологически развитых цивилизаций с принципиально иной биологией, было бы неоправданно полагать, что осознанный опыт доступен только существам с нейронной структурой, подобной человеческой. В качестве иллюстрации приводится пример разнообразия жизни на Земле: осьминоги, млекопитающие и насекомые обрабатывают информацию по-разному, демонстрируя пластичность эволюции в создании когнитивных систем.
Вопрос о возможности сознания у искусственного интеллекта также рассматривается через призму субстратной гибкости. Хотя исследователи расходятся во мнениях относительно текущих систем, они подчеркивают, что отказ от биологического шовинизма делает невозможным игнорирование кремниевых основ только из-за их неорганического происхождения. Дискуссия переносится с попыток точного копирования человеческого мозга на поиск общих принципов функционирования систем, способных порождать субъективные состояния.
Завершая анализ, авторы проводят аналогию с феноменом полета. Полет колибри, летучей мыши и самолета реализуется через разные физические механизмы, но сохраняет свою функциональную суть. Точно так же и сознание во Вселенной может принимать формы, которые человечество пока не в силах вообразить. Оно не является редким атрибутом одной биологической ветви, а скорее представляет собой универсальное свойство материи, организованной должным образом. Таким образом, биология земного типа — лишь один из множества возможных путей к возникновению разума.
Комментарии:
Читая это исследование Швитцгебеля и Побера, я невольно задумалась о том, насколько сильно наш собственный эгоцентризм ограничивает наше понимание мира. Мы привыкли мерить всё по себе, и идея «субстратной гибкости» красиво разбивает эти иллюзии. Авторы справедливо указывают на ограничение текущих дискуссий: мы всё еще спорим, обладают ли современные ИИ-системы сознанием, и пока не способны до конца выйти за рамки человеческого шаблона. Методологически крайне интересен этот переход от попыток скопировать структуру мозга к поиску универсальных функциональных принципов. Это напоминает мне о том, как мы в терапии учимся смотреть на вещи шире. Наш мозг — удивительный инструмент, но он же и навязывает нам жесткие рамки. О том, как наши собственные когнитивные ограничения мешают видеть картину целиком, я подробно рассказывала в разборе того, как фильтры нашего восприятия меняют реальность. Если даже в повседневной жизни мы спотыкаемся о собственные проекции, то каково нам будет встретиться с по-настоящему иным разумом? Сможем ли мы вообще распознать сознание, если оно будет функционировать на совершенно других, небиологических началах, или наш антропоцентризм заставит нас пройти мимо?